Автор: Мухаммад Хайр Муса Возможно ли остудить горячие споры пытающихся развязать запутанный клубок происходящего…клубок, в котором переплелись мораль и политика, экономические интересы и религиозные цели, дружба и вражда, религия и идеология, любовь и ненависть, искренность и двуличие…. В многих группах различных соцсетей, объединяющих сотни представителей интеллектуальной элиты из разных исламских стран и различных идеологических течений, разбросанных по всему миру, от которых ожидается, что они являются лидерами мнений и мысли в своих обществах и реальности, и которых объединяют большие страдания и важные вопросы, пыл сражений не утихает уже несколько месяцев. В этих и подобных группах можно наблюдать расширение и так уже глубоких разломов между представителями одной уммы, между разделяющими между собой одну боль и общее проблемы. В прошлом я написал книгу Послание о единстве мусульман, в которой затронул различные причины разделения верующих, природу разногласий и пути выхода из них. Но в той книге речь шла в большей мере о расхождениях в религиозных мнениях и их доказательствах. В этой статье, в которой я широко использую работу Мухаммада Хайир Мусы, мы больше поговорим о проблеме дискуссий по политическим вопросам, связанных с борьбой в Палестине и тем, что мусульмане косвенно с ней связали, как война в Сирии и в Украине. Возможно, читая это вы чувствуете, что разговор идёт о группе, в которой вы состоите, о спорах в которых вы участвуете, но ваша группа в Ватсапе или Телеграмме – лишь пример положения дел в большинстве подобных мусульманских групп, которые превратились из безопасных пространств для конструктивного диалога и обмена полезными идеями, в арены эмоциональной борьбы позиций и категорических обвинений. Если вы немного выйдете в другие социальные сети, то обнаружите себя в пучине бушующих волн гнева и туч летящих стрел, угрожающих справа и слева, и вы уклоняете голову, прикрываете лицо локтем, опасаясь, что вас заденут эти шальные стрелы, вас настигают пули публикаций и комментариев, пылающих огнём, сжигающих смысл братства и оправдания… или как минимум вас ранят осколки обвинений в предательстве, двуличии, поддержке тиранов или убийц. Не все участники этих интеллектуальных и эмоциональных битв – искренние обладатели глубоких ран, мы не может забыть о «электронных мухах» усердно размноженных на бот фермах наших общих врагов. - Признаки внутреннего противостояния. "В то время как они были погружены в свои внутренние разногласия, появился враг, поднявший знамя креста, крестоносец, желающий уничтожить их всех и искоренить ислам под корень. Первый крестовый поход начался в 492 году хиджры. Затем эти походы повторялись многие последующие века. Ибн аль-Джаузи сказал об этом: «Пришли вести о том, что франки захватили Антиохию (Антакия), затем подошли к Мааррат-ан-Нуману и осадили его. Они убивали и грабили, и говорят, что в Иерусалиме они убили семьдесят тысяч человек»." Эта болезненная фраза, которую шейх Мухаммад аль-Газали приводит в своей книге "Заботы проповедника", описывает наши внутренние конфликты и обобщает многое из того, что происходит с нами перед лицом великих событий и масштабных перемен, которые затрагивают всех нас без исключения - в прошлом, настоящем и будущем. Подобно этому, Ахмад аль-Шукейри в своей книге "Битвы арабов" описывает душераздирающую сцену о положении мусульман и их междоусобицах во время нападения крестоносцев на Антиохию: "Битва длилась изнурительные месяцы, сражения шли внутри города и за его пределами, на башнях и стенах, на улицах и площадях. Арабский гарнизон взывал о помощи, но никто не отзывался и не приходил на помощь. Алеппо и Дамаск были ближайшими арабскими городами к Антиохии и должны были первыми прийти на помощь, но происходило следующее: борьба была в самом разгаре между двумя братьями-заклятыми врагами - Ридваном, правителем Алеппо, и Дуккаком, правителем Дамаска, и война между ними была в самом разгаре, именно тогда когда войска франков подошли к стенам Антиохии". Вспомним Андалузию… Вспомним Багдад… Вспомним Крым… Бухару и Самарканд… Казань и Кавказ… времена разные, враги разные, но очень много схожего в тех ранах. От истории к нашей реальности - как вы видите, весь регион (Палестина, Сирия, Ирак, Турция, Египет, Судан…) действительно, а не метафорически, перекраивается заново, карты сейчас рисуются ручками наших врагов, а у нас не осталось ни кусочка карандаша, ни обрывка мечты. Огонь сжигает одежды всех нас, оголяя нас, пока мы хватаем друг друга за горло в наших междоусобных битвах. Два брата, с разорванными и кровоточащими ранами, нанесенными врагами-чужаками, кидаются друг на друга с обвинениями, вот наша реальность. Само наше существование под угрозой, и это заставляет человека недоумевать, почему защитники справедливости борются между собой, в то время, когда их враг или враги формируют для региона и его жителей совершенно новую реальность. Уже год в «палестинской» войне в самом разгаре истребление и экспансия, а региональная ситуация становится всё более запутанной и сложной, картина становится более многосторонней и взаимосвязанной, а мы, объекты «изменений» продолжаем копать глубокие рвы между собой, открывать новые конфликты. Ведь несмотря на различия наших стран и регионов, все мы все ранены, ограблены, угнетены, нас объединяет одна кровоточащая и открытая рана, одна справедливость дела и одно противостояние угнетателю - как иноземному оккупанту, так и доморощенному деспоту. Почему же всё это происходит?! В свете всего этого у меня есть некоторые явные наблюдения в общем дискурсе во время войны: Во-первых: расширение неоправданных и надуманных обвинительных толкований слов и действий Гневная предвзятость, ослепляющая эмоциональность и предубеждения, основанные на предварительных представлениях, заставляют многих людей интерпретировать любое высказывание, заявление, аналитическую статью, комментарий, попытку разъяснения или распространенный термин через обвинительную призму. Они выводят слова за рамки их явного смысла и прямых формулировок, переходя к тому, что они считают «подразумеваемым» или «вытекающим из сказанного». Проще говоря, эти люди уже настроены на то, чтобы истолковать слова так, чтобы найти в них основание для обвинения. В результате этого всего немедленно делается вывод, что данное высказывание обязательно означает поддержку какого-либо диктатора-тирана, оправдание его злодеяний или согласие с преступлениями оккупанта против страдающего народа, или поддержку геноцида со стороны захватчика. А может быть и «выявляется» безбожие, неверие, вероотступничество. Это является злоупотреблением в обращении с высказываниями, заявлениями и статьями. Единственный случай, когда это оправдано: если слова не могут иметь никакого иного значения и в них нет ни малейшей иного вероятного смысла кроме «обвинительного». Специалисты по основам исламской религии и логике установили, то "что следует из слов не является обязательным" смыслом слов, и то, что вытекает из высказывания, никогда не является самим высказыванием. Самим высказыванием есть только то буквальное значение слов, и только это возлагает ответственность на сказавшего слова, потому что как правило, все эти «следствия из слов» не являются неизбежными и безальтернативными. То, что мы видим, как следствие из высказывания или фразы, нельзя рассматривать как намерение или цель говорящего, если только он сам об этом прямо не заявил. Тем более если это даже не является логическим следствием высказывания, а просто отдаленной интерпретацией. Тем более, если это «следствие из слов» противоречит прямым и ясным словам. Примеров может быть множество, но мы будем в большей мере придерживаться контекста текущего кризиса мыслей и суждений на фоне справедливой борьбы за благословенные земли Палестины и святыни ислама. Например, благодарность какой-либо стороне или человеку за его позицию в определенном вопросе и похвала за это абсолютно не означает принятие его действий в других вопросах, не говоря уже о их поддержке и одобрении других действий. Казалось бы, что это очевидно для человека с трезвым мышлением, это элементарно в логике и в исламских науках. Это истина как в бытовых вопросах жизни людей, так и в религиозных вопросах. Но вмешивается человеческий фактор: пристрастность и предвзятость, чрезмерная ненависть или чрезмерная любовь. По этому поводу шейх Ибн Таймийя говорит в "Маджму аль-Фатава" 16/461: "Следствие из учения (мнения) не обязательно должно быть самим учением (обязательной его частью), более того, большинство людей говорят вещи, не принимая их следствий (отрицая их)". Султан ученых аль-Изз ибн Абд ас-Салям говорит в "Правилах суждений о пользе творений" 1/172: "Нельзя приписывать человеку учение, против которого он прямо выступает, даже если оно логически (как видится) следует из его слов". Также Ибн Хазм говорит в "Различении религий" 3/139: "Что касается тех, кто обвиняет людей в неверии на основании того, что следует из их высказывания, то это ошибка, потому что это ложь на оппонента и приписывание ему того, чего он не говорил. Даже если это логически следует из его слов, то получается только противоречие, а противоречие не является неверием". Многие обвинительные суждения и разгоревшиеся споры основываются на том, что их авторы видят, как логические следствия высказываний. Они часто обвиняют не за прямой смысл слов а за следствие, которое они увидели через свое логическое суждение. Если бы они остановились в пределах сказанного и читали его со спокойным умом, пламя гнева в душах погасло бы. Большинство споров даже не возникали бы. Посмотрите, что говорит шейх Ибн Усаймин в "Образцовых правилах" стр.12: "Если логическое следствие не упомянуто явно - не утверждается и не отрицается - то правило таково, что его нельзя приписывать говорящему. Потому что, когда ему указывают на следствие, он может либо принять его, либо отвергнуть связь, либо увидеть истину и отказаться как от следствия, так и от исходного утверждения. Из-за этих возможностей не следует приписывать ему следствие, тем более, что человек подвержен тому, что может отвлечь его от осознания следствий - он может быть невнимательным, рассеянным, его мысль может быть скована, или он может говорить в стесненных условиях дискуссии без размышления о следствиях, и тому подобное". Если мы не должны приписывать говорящему следствия его слов, извиняя его и понимая его положение, когда он, возможно, говорил в стесненных условиях дискуссии, то разве не тем более мы должны делать это с теми, кто живет под политическим принуждением, опасностями борьбы и сложностями противостояния в крайне запутанной и сложной реальности?! К расширению обвинительного толкования относится также злоупотребление понятием противоположного смысла в заявлениях или терминах. В шариате это называется «мафхуму мухаляфа». Например, использование палестинскими борцами за освобождение термина "центральное дело" относительно борьбы за освобождение Мечети Аль Акса и благословенной Палестины, некоторыми интерпретируется так, будто он обязательно подразумевает принижение остальных справедливых вопросов и что они якобы вторичны и не имеют ценности. Однако термин ни прямо, ни косвенно не указывает на незначительность какого-либо вопроса или преуменьшение его значения. Он лишь указывает на большую значимость этого дела, не унижая другие справедливые и праведные дела. Пример: Пророк (мир ему) сказал: "Хадж — это Арафат". Разве можно понять из этого, что Пророк (мир ему) преуменьшает значение или обязательность остальных столпов хаджа, таких как ихрам, бег между Сафой и Марвой и таваф аль-ифада вокруг Каабы? Эти столпы сохраняют свою важность, без них хадж недействителен и не может быть совершен. Поэтому использование описательного термина нельзя воспринимать как намерение принизить любой другой вопрос или преуменьшить его значение. Расширение обвинительного толкования сегодня является преобладающей чертой, хотя в кризисные времена основой должно быть преобладание оправдательных, а не обвинительных толкований, поскольку сохранение уз братства является основой в трудные времена. В момент пика ожесточенной борьбы угнетенные и раненные должны искать причины для консолидации, а не разделения. Отсюда, те кто создает повод для разделения и ослабления людей справедливости, намеренно или нет, но работает на их врага, угнетающего и наносящего эти раны. Как прекрасно сказал Мулла Али аль-Кари в "Комментарии к аль-Фикх аль-Акбар" стр.62: "Они упомянули, что если вопрос, связанный с неверием, имеет девяносто девять вероятностей в пользу неверия и одну вероятность против него, то муфтию и судье лучше действовать согласно вероятности, отрицающей неверие, потому что ошибка в сохранении жизни тысячи неверующих легче ошибки в уничтожении одного мусульманина". То же самое относится к любому вопросу, имеющему девяносто девять аспектов, разрушающих и отрицающих крепкое братство между людьми справедливых дел, и один аспект, сохраняющий и укрепляющий его - разумные люди должны действовать так, чтобы укреплять его, а не отрицать. Во-вторых: Размахивание мечом "аль-валя валь-бара" (преданности и отречения) в спорных вопросах То, что усиливает раздробленность, углубляет пропасть и расширяет расколы — это превращение предположительного в категорическое, второстепенного в основное, и того, что допускает разногласия в вопросах фикха, в основы вероучения, которые никогда не принимают разногласий. Люди привыкли облекать свою критику неприемлемого для них поведения или мнений в такую оболочку, которая сильнее всего влияет на массы и порицает несогласного. Одним из самых опасных ярлыков, которые вешают при несогласии с позицией или поведением, является ярлык нарушения "аль-валя валь-бара" (преданность и отречение). Мы видим, как некоторые люди злоупотребляют этим понятием чтобы манипулировать массами и как можно сильнее дискредитировать несогласного. Опасность размахивания мечом «преданности и отречения» заключается в превращении разногласий в практических политических решений и споров о наиболее приоритетных действиях на определенном этапе, основанных на предположительной пользе в сложных и запутанных вопросах, в вероучительное разногласие, требующее отречения от несогласного и объявления шариатской позиции по отношению к нему. Происходит совершенно ошибочное переведение вопроса из категории рациональных вопросов, основанных на целях шариата и приоритетов текущей ситуации в категорию вечных и священных догм религии. Подчинение возможных политических позиций концепции «преданности и отречения» нарушает правильное использование самой концепции с одной стороны и выявляет реальную проблему в природе взаимоотношений между представителями разных фронтов и горячих точек Уммы Ислама, которых должен объединять договор единой уммы и общие единые цели. Несомненно, термин "аль-валя валь-бара" является одним из наиболее распространенных терминов в исламском дискурсе последних пяти десятилетий. Причина в его популяризации некоторыми исламскими деятелями, которые, к сожалению, не были точны в использовании. И его значение было расширено далеко за пределы границ, очерченных кораническим пониманием. На его основе были построены позиции и развязаны идеологические и догматические войны, многие верующие были несправедливо обвинены в неверии, нечестии, еретичестве и заблуждении. Также несомненно, что проповедническое использование этого термина и созданный этим дискурс сформировало нездоровое психологическое и эмоциональное отношение к другому - немусульманину или мусульманину, несогласному в идеологическом, догматическом и политическом направлении. Другими словами, вместо оценки эффективности или приоритетности одного из возможных политических действий, эти люди говорят о преданности Аллаху и отречении от идолов и тому подобном вещах. Это грубейшая ошибка и опасная путаница. При обращении с концепцией «преданности и отречения» необходимо учитывать пересечение и взаимопроникновение в согласии и противоречии в отношениях с преступными агрессорами, будь они мусульманами или немусульманами. В одном человеке, одной организации, партии, государстве, коалиции и одной группе могут сочетаться преступная агрессия в одном случае и оказание поддержки против агрессии в другом. И здесь, мы не говорим о намерениях, мотивах или целях агрессии или поддержки, потому что это вопрос из другой плоскости, не интересной в этом контексте. При применении концепции «преданности и отречения» необходимо учитывать эту сложность и переплетение сторон и их действий в разные времена и разных местах. В отношениях с одной стороной может сочетаться лояльность - поддержка её против агрессии в отношении одной стороны, и отречение от её агрессии против другой стороны. Учёт этой сложности и переплетения требует отказа от категоричного подхода, который применяется к фундаментальным основам религиозного вероучения. Конкретно, мы увидели эту проблему в дискуссиях относительно агрессии Ирана и «Хезбаллах» в Сирии и поддержке в Палестине. Или оценках позиций украинского руководства в отношении агрессии Израиля и поддержка Украины против российской агрессии. США оказывали помощь в Афганистане против агрессии СССР и в Боснии при агрессии Сербии и РФ, как и сейчас в той или иной мере, поддерживают Украину против российской агрессии. При этом США агрессор в Ираке, в Афганистане, и поддерживают оккупацию и агрессию Израиля. СССР оказывали поддержку палестинским борцам с израильской агрессией, совершая агрессию в Финляндии, Польше или в Афганистане. Я благодарю США за их роль в защите боснийцев и осуждаю за их роль в агрессии против палестинцев. Могут быть и спорные исторические ситуации, как в второй мировой войне между Германией и СССР, или в Вьетнаме, когда советы поддержали коммунистов, а американцы не коммунистов. Кто был агрессором, а кто защищался или поддерживал защитников может быть дискуссионной темой, но мы здесь это не изучаем. Если отойдем от военной темы и поговорим о политической сфере, можно вспомнить союзы исламских сил с социалистическими, националистическими или демократическими партиями в борьбе с жестокими диктатурами. Этот смысл содержится в ценных словах шейха аль-Ислама Ибн Таймийи, когда он говорит в "Маджму аль-Фатава" 28/209: "Когда в одном человеке сочетаются добро и зло, распутство и послушание, грех и сунна, и нововведение, он заслуживает поддержку и награды в меру имеющегося в нём добра, послушания, сунны и заслуживает неприязни и наказания в меру имеющегося в нём зла и распутства. Так, в одном человеке могут сочетаться причины для уважения и причины для презрения, как вор, которому отрубают руку за кражу, но дают из казны достаточно для его нужд по бедности. Это основа, на которой сошлись люди Сунны и общины, и в которой им противоречили хариджиты, мутазилиты и их последователи". Имам аль-Бухари передавал хадисы от некоторых хариджитов, и это не одобрение их ошибочных догм, а признание правдивости в передаче хадиса. Ученые Ахлю-Сунна признают авторитет имама аш-Шаувкани и обращаются к его тафсиру, и это не одобрение некоторых его мнений и толкований. И т.д. Рационализация применения концепции «преданности и отречения» побуждает нас к необходимости использования метода "разделения аспектов" - вопроса, который признаётся большинством учёных основ фикха, утверждается правилами логики и опирается на правила шариата. Под разделением аспектов подразумевается, что юридический или методологический вопрос имеет две различные стороны, первая противоположна второй, что требует различения между сторонами в суждении, поскольку каждая из них имеет свой аспект, отличный от другого, и было бы ошибкой давать им одно и то же суждение. Разделение аспектов, как оно применяется в юридических и методологических вопросах, является также основой и в политических и повседневных жизненных вопросах. Один и тот же вопрос может заслуживать похвалы и награды с одной стороны, и порицания и наказания с другой, законности с одной стороны и незаконности с другой. Например, молитва на чужой незаконно занятой земле: по мнению большинства правоведов сама молитва действительна — это вид похвалы, но она также запретна — это вид порицания, и они объяснили это тем, что аспекты разделены в одной ситуации. Учёные основ фикха привели практический пример разделения аспектов, сказав: если портной скажет работающему у него мальчику: "Я приказываю тебе сшить мне эту одежду, и если ты сошьёшь её, я дам тебе плату, но не сиди в этом углу; если сядешь в нём, я накажу тебя", и мальчик сел в угол и сшил там одежду, то в этом случае он заслуживает плату за свою работу и заслуживает наказания за своё неповиновение. Если незаконнорожденную девочку мы не считаем юридически дочерью биологического отца, и не появляются права и обязанностей как с дочерью, это же не значить что ему разрешено на ней женится, потому что с точки зрения шариата она не его законная дочь. Здесь разделяются понятия юридического и биологического, но они и пересекаются, ведь ему запрещено юридически на ней женится, потому что она фактически его биологическая дочь. Если бы мы применяли логику разделения аспектов к политическим ситуациям, событиям и позициям, вокруг которых ведутся споры между сторонниками справедливости, то погасло бы много горящих костров и зажили бы многие раны. Но как часто отсутствие здравой логики и переполняющие эмоции праведного гнева ослепляют мусульман. Когда угнетенный объединяется для отражения несправедливости и противостояния угнетателю со стороной, которая практиковала или практикует несправедливость в другом месте или в другое время, это ни в коем случае не означает лояльность к угнетателю в его несправедливости, потому что случаи разделены. И когда угнетенный радуется смерти своего угнетателя, это ни в коем случае не означает его безусловную лояльность к убившей руке, которая в другом месте убивала угнетенных. Спор может быть о своевременности или приоритетности, не о любви к угнетателю или обесценивании крови угнетенного. Более того, великие имамы ислама подходили к вопросам с таким разделением, не обращая внимания на тех, кто невежественно угрожает и размахивает мечом принципа «преданности и отречения». Ибн Касир, который был одним из самых выдающихся учеников и последователей Ибн Таймийи, говорит о событиях триста пятьдесят первого года по хиджре в книге "Аль-Бидая ва ан-нихая" 15/253: "В этом году Сайф ад-Давла восстановил источник Айн Зарба и отправил своего вольноотпущенника Наджу, и тот вошел в земли византийцев, взял множество пленных, получил добычу и вернулся невредимым. И он послал своего военноначальника с войском Тарсуса, и они вошли в земли византийцев, взяли добычу и пленных и вернулись невредимыми, и хвала Аллаху и благодарность". В этом году фатимидский правитель аль-Муизз завоевал крепость Табармин в землях Магриба, которая была одной из самых укрепленных крепостей франков. Он взял её силой после осады в семь с половиной месяцев. Когда франки напали на остров Крит, его жители обратились за помощью к аль-Муиззу, и он отправил им армию, которая одержала победу над франками, и хвала и благодарность Аллаху". Здесь мы видим, как он [Ибн Касир] радуется и благодарит Всевышнего Аллаха за победу шиитского правителя-джафарита, "Сайф ад-Дауля" и радуется победе фатимидского исмаилитского аль-Муизза, хотя в своей же книга по истории исламского государства он передает преступления Фатимидов против суннитов и их учёных. Среди этих преступлений то, что они сделали с имамом Абу Бакром ибн ан-Набулси, когда он выступил против Фатимидов, и они приговорили его к казни через сдирание кожи, как говорит сам Ибн Касир в "Аль-Бидая ва ан-нихая" 16/149. Несмотря на это, ни Ибн Касир, ни другие учёные его времени не видели в этой его радости лояльности к Фатимидам или шиитам во всех их делах или убеждениях, или поддержки их против суннитов, или пренебрежения кровью учёных-мучеников. Пойми это! Более того, Ибн Касир передает сообщение о собрании суннитских учёных и их великих имамов с шиитским султаном для побуждения его к войне против византийцев. Посмотрите на его радость и описание этого, когда он говорит в "аль-Бидая ва ан-нихая" 15/337: "Затем наступил 362 год, рафидиты совершили свое религиозное нововведение в день Ашура с плачем, побиением и закрытием рынков. В этом году факих Абу Бакр ар-Рази аль-Ханафи, Абу аль-Хасан Али ибн Иса ар-Руммани и Ибн ад-Даккак аль-Ханбали встретились с Изз ад-Даулой Бахтияром ибн Муизз ад-Даулой ибн Буйе и побудили его к походу против византийцев. Он отправил армию сражаться с ними, и Аллах даровал им победу над ними". Ни встреча суннитских учёных с шиитским правителем Буидов и их побуждение его к борьбе против византийцев не указывает на их одобрение его преступлений или отклонений, ни описание Ибн Касиром того, что Аллах даровал ему победу, и его благодарность Всевышнему Аллаху за это никоим образом не указывает на его одобрение преступлений или отклонений правителя. Вспомним аят Корана: «Повержены римляне в самой низкой (или ближайшей) земле. Но после своего поражения они одержат верх через несколько (от трех до десяти) лет. Аллах принимал решения до этого и будет принимать их после этого. В тот день верующие возрадуются помощи Аллаха. Он помогает, кому пожелает. Он — Могущественный, Милосердный», (Коран. 30 сура). Радость верующих победе римлян над персами не имеет доли одобрения их веры в троицу или божественность Иисуса, это раздельные вопросы. Как пояснил Ибн Аббас: «Мусульмане хотели, чтобы победили римляне — обладатели Писания, а (мекканские) многобожники хотели, чтобы победили персы, потому что те были приверженцами (языческих) идолов» («Тафсиру-т-Табари», 20/68). В одном из хадисов, посланник Аллаха, мир ему, сказал: «Вы заключите мир с потомками Рума, и вы будете вместе сражаться против общего врага. Вы одержите верх, захватите богатую добычу, и наступит мир. Однако на обратном пути между вами возникнут разногласия. Один из христиан поднимется на холм, поднимет крест и закричит: “Крест одержал победу!” Один из мусульман разгневается и сбросит крест вниз. После этого римляне отойдут и начнут готовиться к кровопролитному сражению» . Версия Ибн Хиббана, от Зу Михбар ибн Ухайя, говорит о том, что это сражение произойдет после совместной войны против общего врага, захвата великой добычи и затем столкновения. Это сражение будет преддверием похода римлян против мусульман, в котором их огромная армия придет под восемьюдесятью знаменами . Объединение с румами будет одобрено не смотря на многие века прошлых войн и противостояний, и никакого отношения не имеет к расхождениям с ними в основах веры. Также, передаётся, что аль-Муставрид аль-Кураши сказал при Амре бин аль-Асе: "Я слышал, как Посланник Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, говорил: «Наступит Час и большинством людей будут римляне»". Тогда Амр сказал ему: «Будь внимателен к тому, что говоришь!» Тот ответил: «Говорю то, что слышал от Посланника Аллаха, мир ему и благословение Аллаха». (Амр) сказал: «Раз уж ты произнёс это, то у них (действительно) есть четыре особенности: они самые выдержанные из людей во время смуты; быстрее всех приходят в себя после беды; наиболее готовы к возвращению после бегства; лучше всех (относятся) к беднякам, сиротам и беспомощным. Есть и пятое (качество), прекрасное и благое: они наиболее защищены от тирании повелителей» (Муслим). В другой версии: «они самые выдержанные из людей при смуте, самые стойкие из людей во время бедствия и лучше всех людей (относятся) к беднякам и слабым». Поэтому похвала любой стороне за её позицию и поведение в борьбе против общего врага никоим образом не указывает на одобрение её политических или идеологических отклонений или одобрение её действий в других ситуациях, и это не имеет отношения к принципу "аль-валя валь-бара" (лояльности и отречения). Признание положительных качеств человека или группы не означает признание их отрицательных качеств. Например, Ассоциация мусульманских учёных в Алжире, которая следовала словам своего председателя, учёного Абдул-Хамида ибн Бадиса: "Даже если бы Франция сказала мне произнести "Нет божества, кроме Аллаха", я бы не произнёс это по её указанию" – в то же время протягивала руку за поддержкой и помощью коммунистическому Китаю, который одновременно убивал мусульман. И их действия не считаются безусловной лояльностью к Китаю или сердечным или практическим одобрением его коммунистических убеждений или убийства их братьев-мусульман. Мы всеми силами поддерживаем справедливую борьбу украинского народа и государства с российской агрессией, но мы всегда будем осуждать некоторые заявления украинского руководства в поддержку израильского агрессора. Мы никогда не поверим в добрые намерения России в её вторжении в Украину, в Сирию или в Чечню, точно также, как никогда не поверим, что коллективный Запад, поддерживающий Украину в этой войне, искренне распространял «демократию» в Ираке или Афганистане. Кстати, мы наблюдали неоднократно противоречивые позиции одних и тех же сторон. Когда государство голосует в ООН против оккупации а незаконной аннексии палестинской земли, ведет борьбу с российским оккупантом даже на его территории, при этом его глава наделяет оккупанта и захватчика правом на самооборону. Мы наблюдали подобное противоречие и в позициях некоторых «мусульманских деятелей», которые внезапно прониклись сочувствием к оккупанту и агрессору, обвиняя угнетенного в «терроризме». Это шизофрения, непоследовательность, или просто глупость, мы здесь не рассматривает. Возвращаясь к внутри мусульманской дискуссии, скажем что отказ от применения принципа "аль-валя валь-бара" в спорных политических вопросах во многом способствует снижению остроты конфликта и возвращает дискуссии по спорным вопросам в русло иджтихада (независимого суждения) и оценочных суждений, которые могут быть как правильными, так и ошибочными. В обоих случаях гарантирована награда Всевышнего Аллаха. В-третьих: Отсутствие собственного проекта и навешивание ярлыков Когда отсутствует реальный практический проект противостояния деспотизму, тирании или оккупации, одним из первых негативных последствий является то, что участники общей беды начинают фокусироваться на второстепенном вместо основного, разделятся на частностях вместо общего фундаментального, погружаются в абстрактные идеи вдали от поля реальной деятельности, и спорить о деталях вместо хребта проблемы. Именно здесь кроется дьявол, и мусульмане массово попадают в эти ловушки, и тогда разногласия разрастаются, усиливаются разделения, вспыхивают бесполезные конфликты, в которых их участники убеждают себя, что они защищают какое-то святое дело, отстаивают право или противостоят агрессору. А на самом деле занимаются внутренней мышиной вознёй… Дьявол убеждает каждого из сторон этих глупых битв в том, что он рыцарь священного похода, знаменосец величайшей истины, защитник границ Лучезарной Медины, но на самом деле он просто тратит свое время и силы, и время, и силы такого же несчастного оппонента. Они как два человека на тонущей лодке, которые не вычерпывали воду, а спорили какого цвета должно быть ведро. «в числе тех, которые внесли раскол в свою религию и стали сектами, каждая из которых радуется тому, что имеет», (Коран. 30/32). Однако, когда ясный практический проект стоит перед глазами тех, кто работает над своими задачами, их мысли и тела заняты им, поскольку это идея, требующая постоянного размышления и работы, которая развивается через непрерывные усилия, запрещающая отвлекаться на все что не способствует достижения цели. У того, кто находится в таком положении, нет времени на искусственные конфликты, отвлекающие его от главного проекта. Контрреволюция после первоначальных успехов революций «арабской весны» породила в многих сердцах пессимистическое состояние, настрой отступления с чувством нигилизма и потери смысла, и так уже более десяти лет, разочарование, разочарование, разочарование. Это дьявол нашел трещины в стенах крепости имана. «ибо отчаиваются в милости Аллаха только люди неверующие», (Коран. 12/87). Палестинская война, длящаяся уже более года, оставила у многих слоев мирового мусульманского общества чувство бесполезности и беспомощности. Не осталось уже никаких красных линий, перейдя которые враг не встретил бы страусов, спрятавших головы в песок. Всё это заставляет огромную взрывную энергию обращаться внутрь самой себя, и миллионы начинают спорить кто больше виноват, осуждать друг друга, искать виновных внутри себя, и эти конфликтующие стороны потерпевших поражение в душе, уподобляются тем, кто стреляет себе в ногу и руку. Ведь все они ноги и руки одного раненного тела! Отсутствие проекта также приводит к озабоченности проблемой классификации друг друга, которая изначально ставит человека по отношению к другим в позицию противника, что затрудняет братское единение и поиск точек соприкосновения в общих целях. Если добавить к этому влияние социальных сетей во время кризисов, где происходит навешивание ярлыков, основанное на обвинении оппонентов и превращении их во врагов, мы создаем волшебный рецепт для широкого раскола и саморазрушения. Мы наблюдали, как определенные группы мусульман радующихся смерти Хасана Насраллах обвиняются в сионизме, но у них перед глазами реки сирийской крови, массовые казни мужчин и пытки женщин и детей совершенных «хезбаллах» и иранской армией, одновременно мы наблюдаем как палестинские мусульмане обвиняются в политическом шиизме или подчинении Ирану, а у них перед глазами геноцид в Газзе, массовая резня женщин и детей, сговор окружающих их арабских режимов с сионистскими палачами, и никто не помог кроме ирано-шиитских сил. И когда в этом споре сторон угнетенных и раненных проклятыми агрессорами, одна из сторон обвиняет оппонента в продажности или предательстве – мы сталкиваемся с моральной проблемой прежде, чем с идеологической, и это часть нашего морального кризиса, который обычно проявляется во время критических моментов. Поэтому обязанность разумных людей, обладающих холодным рассудком и чистым сердцем заботиться о построении и укреплении морального фундамента, как и обязанность вести борьбу с преступными обобщениями и клеймением такими обвинениями и противостоять злоупотреблением использования ярлыков, и все это является частью противодействия расколу. Важно сказать, что противостояние такому поведению не отрицает существования вражеского лобби среди сыновей и дочерей уммы, предательства и сговора, «политического шиизма», «политического сионизма», «политического рашизма», или обычной продажности, но эти обвинения должны быть обоснованы, а пути раскола необходимо сужать. Это один из фундаментов создания общества, способного противостоять врагу, который подстерегает нас всех со всех сторон. Этого требует единая исламская идентичность, сформированная божественным откровением и укрепленная праведным джихадом, защищенная верностью Всевышнему Аллаху, как сказано в суре "Аль-Хадж": "И усердствуйте на пути Аллаха истинным усердием. Он избрал вас и не сделал для вас никакого затруднения в религии - вере отца вашего Ибрахима. Он назвал вас мусульманами раньше и в этом [Коране], чтобы Посланник был свидетелем о вас, а вы были свидетелями о людях. Выстаивайте намаз, давайте закят и крепко держитесь за Аллаха! Он – ваш Покровитель. Как прекрасен этот Покровитель! Как прекрасен этот Помощник!" И сказал Всевышний в суре "Аль-Худжурат": "Не злословьте друг о друге и не давайте друг другу оскорбительных прозвищ. Скверно называться нечестивцем после того, как уверовал. А те, которые не раскаются, окажутся беззаконниками". Это не призыв к наивности и непростительной доверчивости: «Верующий не будет дважды укушен из одной и той же норы» - Бухари и Муслим от Абу Хурейры. Кто предавал уже три раза, предаст еще тридцать раз. Кто открыто и ясно подтвердил свое вассальную преданность врагам ислама и раненной уммы, не вернет доверия даже если будет молится в первых рядах мечети, отпустит бороду, и поднимет Коран над головой. «Я не вероломный обманщик, но верломный обманщие меня не обманет» - от Вакиа, от Омар бин Хаттаба. В дополнение к этому, отсутствие проекта и погружение в раздоры и развешивание ярлыков делает погрязших в этом частью действующих враждебных проектов, даже если не чувствует этого. Тот, у кого нет своего проекта, неосознанно становится ранящей рукой или поддерживающим голосом действующего вражеского проекта. Это обязывает исламских интеллектуалов, проповедников и медийную элиту объединить свои усилия для формулирования рабочих проектов по противодействию расколу и целесообразному использованию энергии, растрачиваемой в бессмысленных внутренних битвах. Те, кто отравляет наши колодцы Я не погружаюсь в теорию заговора, однако отрицание существования внешних рук держащих за ниточки марионеток (осознанным или неосознанным), как и отрицание завербованных говорящих языков и пишущих ручек, стремящихся посеять раздор между сторонниками справедливости, противоречит разуму, который знает по многовековому опыту, какие козни строит наш враг против всех нас с самого зарождения этой уммы до сегодняшнего дня.И здесь, я рекомендую прочитать скромную работу, названную мной «Тридцать пять ситуаций между посланником Аллаха, мир ему, и лицемерами». Есть достаточно свидетельств и доказательств существования тех, кто непрерывно впрыскивает свой яд, будучи завербованным различными организациями, СМИ и разведывательными службами для разжигания раздора, отвлечения внимания. Достаточно немного проследить за выступлениями лидеров оккупаций и агрессий, спикеров кровавх режимов и их представителей, за нарративами «своих» СМИ, которые также поставили себя на службу первых или вторых, а также за некоторыми профессиональными расследованиями, которые отслеживали развитие ситуации и работу ботов-аккаунтов разжигающих взаимные нападки между угнетенными и жертвами, и увидевших чтобы вовремя происходящие провокационные вбросы или дизенформацию, чтобы подтвердить союз между потомками Шаса ибн Кайса и сынами ибн Салюля. Кто эти двое? Это не исторические личности, а древний союз, созданный еще почти полторы тысячи лет назад. Поскольку эта риторика провоцирует в людях фанатизм и слепой гнев, и многие неосознанно вовлекаются в неё, не понимая её опасности и последствий, разумные учёные и проповедники должны противостоять этому расколу, его инструментам и риторике с большой рассудительностью, решительностью и ясностью, отвергая отвратительное невежество и любой фанатизм. Мы наблюдаем, как создавались целые системы триггеров, которые заставляют массы пользователей соцсетей кидаться с головой в самую гущу битв и сражений друг с другом. И противодействие этим инструментам раскола также обязанность ученых и проповедников ислама. Они должны направлять и руководить движением мыслей народов, а не следовать "эмоциональным трендам" для угождения массам. Они должны представлять мусульманским массам то, что действительно необходимо, ясным способом, без двусмысленности, без высокомерия или заискивания. Конечно, мы говорим о разумных ученых и проповедниках, которых Всевышний Аллах наставил к пониманию пути. «Скажи: «Таков мой путь. Я и мои последователи призываем к Аллаху согласно убеждению (ясному видению истинного пути)», (Коран. 12/108). Также массы должны хорошо осознавать разницу между учёным, который льстит правителям и узаконивает их несправедливость и тиранию, и учёным, который держится истины даже против их бурного течения. Не каждый, кто возражает против поведения необузданных масс или чья позиция противоречит преобладающему общественному мнению, является придворным учёным или лицемером, заслуживающим яростных и жестоких нападок. Судья здесь истина, а не «совпадение с мнением масс» или «противоречие желанию тирана». Истинный учёный – это тот, кто разъясняет то, к чему привело его объективное исследование священных текстов, независимо от давления с любой политической или общественной стороны, даже если это исследование ошибочно. Позиция, основанная на понимании шариата – даже если она ошибочна – в тысячу раз лучше позиции, основанной на угождении людям, будь то правительства или народы. Всевышний Аллах разъяснил, что учёные – это "те, которые передают послания Аллаха и страшатся Его и не страшатся никого, кроме Аллаха. Довольно того, что Аллах ведет счет". Четвертое: Критика, разрушение и избирательная мужественность Одной из причин, усугубляющих разобщенность среди сторонников справедливости, является то, что они критикуют друг друга резкими словами под предлогом наставления. В эту отвратительную ловушку попали и некоторые проповедники, которые посчитали дозволенным оскорбления и злословия в адрес несогласных, оправдывая это желанием оттолкнуть людей от лидеров «заблудших мнений» и «нововведений». Но были ли несогласные сторонниками заблуждений и нововведений?! Но долг исламских ученых - давать друг другу беспристрастные советы с целью исправления, и критиковать ошибки друг друга с целью созидания, а не поливания грязью самого человека. Ко всему этому, избирательность критики заставляет тех, кому она адресована, отвергать её и не видеть в ней отражения братства по вере, крови и общности пути. Разве примут палестинцы критику за получения помощи от Ирана от тех, кто не критикует правительства КСА, ОАЭ и Египта преследующих оказывающих помощь этим палестинцам? Не примут, и имеют на это право. Например, когда какая-то сторона, противостоящая оккупанту или тирану, делает политическое заявление или занимает позицию, на неё обрушивается шквал критики, обвинительных заявлений и жестких позиций. При этом те же самые критики молчат, когда другая влиятельная сторона совершает то же самое действие или делает то же самое заявление. Подобное происходит регулярно. Это создаёт картину избирательной мужественности или избирательного назидания, которое не отражает истинной заботы о том, кому даётся совет, или искренней заинтересованности в его благе. Получается эти «наставляющие братья» храбрецы против одних и трусы против других, потому что первые ничем им не угрожают, а от вторых можно получить по голове? Или, когда критика обрушивается от разных лиц на какую-то сторону из-за того, что они считают ошибкой в поведении или выражении мнения, но эти же критики хранят полное молчание, когда эта сторона противостоит агрессии и борется с несправедливостью. Критика при ошибке и молчание при необходимости поддержки и похвалить указывают на отсутствие справедливости и желание разрушать, а не созидать. Я видел тысячи примеров того, как такие люди промолчали при виде сотен успехов, но стали кричать во все горло при первой же ошибке. Баланс в советах и критике, последовательность, не избирательность, выбор подходящего времени, чтобы не распылять силы на второстепенные интеллектуальные битвы, отвлекающие от текущей борьбы, мудрость в направлении энергии на настоящее и будущее – все это важнее «мудрой исторической цитаты», которая рассеивает мысли и создает конфликты, истощающие решимость во время разгара сражений. Эта мысль не имеет отношения к известному выражению "нет голоса громче голоса битвы", а является пророческим образцом в исправлении ошибок в самом пылу сражений, как это было, когда Саад ибн Убада (да будет доволен им Аллах) ошибся о битве в день завоевания Мекки и был отстранен от командования. Это было, когда Усама бин Зейд в самый разгар битвы убил врага, который с мечом Усамы нал головой засвидетельствовал единобожие. Никто не имеет права даже во время битвы сказать истине и справедливости: «сейчас не время для этого». Потому что наша битва именно ради истины и справедливости. И наконец: единство уммы не обязательно означает буквальное единство фронтов или их прямую взаимосвязь, но единство уммы требует единства сердец при множестве мнений относительно тактики и приоритетов для каждого отдельного фронта. Многочисленность реальных фронтов не делает дозволенным внутренние столкновения и распри между защитниками разных рубежей в виртуальном или реальном мире, поддаваясь тем, кто страдает комплексом жертвы или превосходства заслуг. Сегодня в разгоревшейся битве жители Газы и их борцы защищают всю умму. Они сегодня — крепость всей уммы в противостоянии сионистскому проекту, который нацелен не только на Палестину или Газу, но и на все мусульманские земли и умму в целом. Можно не принимать то, что вы считаете их ошибками или неприемлемыми высказываниями, но посмотрите, как Ибн Таймия описывал мамлюков, которых он критиковал за их религиозную принадлежность и политическое поведение, когда они противостояли языческим татарам. Он назвал их "отрядом ислама", (Маджму аль-Фатава" 28/509). Он писал: «Этот отряд в Шаме и Египте в настоящее время — это отряд ислама, и их слава — слава ислама, и их унижение — это унижение ислама. Если бы татары одержали над ними верх, не осталось бы никакой славы для ислама, ни высокого слова ислама, ни явной возвышенной мощи ислама, с которой люди земли боялись бы сражаться, и которая сражалась бы от имени ислама». То, что борьба в Палестине – борьба всей уммы, не делает незначительным борьбу защитников справедливости в Кашмире, в Сирии, в Йемене, в Крыму, Кавказе, в любом другом месте. Это не преуменьшает степень мучеников в любой праведной борьбе, не делает знамена на других фронтах ниже, не делает кровь одних дороже крови других. Хотя политические отношения в основном основаны на прагматическом подходе в международных связях, отношения между теми, кого объединяет принадлежность к единой умме и общая великая цель освобождения от любой оккупации и любого деспотизма, строятся изначально на доверии и понимании. Это доверие укрепляется через взаимодействие всех принадлежащих к общему справедливому делу ислама в разных странах, так что они видели общую картину, не противореча приоритетам своих конкретных дел, оправдывая друг друга и даже координируя формулировки позиций, которые могут казаться неприемлемыми в общей картине. Кроме того, такое взаимодействие останавливает многие споры о патриотизме, принадлежности и верности умме и принципам ислама. Оно делает национальные вопросы, несмотря на их приоритетность для их носителей, предметом внимания и понимания работающих на других площадках, на других фронтах. Таким образом, занятость «местными» вопросами становится специализированной работой над частью большой общей проблемы. Такая координация приводит к балансу, когда приоритетное и целесообразное в работы в отдельной стране является проявлением распределением конкретных задач одного большого общего, а не изоляцией и отделением по национальному или гражданскому признаку. Как же нам нужны в моменты больших кризисов великие умы, большие сердца и возвышенные души для достижения великих смыслов, грандиозных целей и благородных стремлений! Ведь наша кровь едина, наша рана одна, и наше будущее, которое мы создаём нашими объединёнными усилиями или хороним нашими бессмысленными конфликтами, также едино. Мухаммад Хайр Муса Перевод и дополнения Сейран Арифов